«Главное - сохранить жизни людей, а новый лес мы высадим»: Лесник из Петровского района Донецка рассказал о том, как работает под обстрелами

Александр Момот в гостях у «Комсомолки»

Фото: Ольга ГАЛЬСКАЯ. Перейти в Фотобанк КП

Лесник Александр Момот пришел в гости в редакцию при полном параде — с наградами за службу в Афганистане, ну и за работу в наше время.

Время, когда от ежедневных обстрелов ВСУ содрогалась земля, когда лесникам нужно было выдавать бревна и шахтам, и нашим военным для строительства блиндажей. И нужно было не забывать о питомниках. Бывало, сначала строили блиндаж, а потом высаживали молодые деревца. Александр живет в самом лесничестве, как и положено настоящему леснику. Он не отдыхал ни дня, да и не собирается, некогда.

Прорывался через украинские блокпосты

- Выстояли, - скромно говорит 59-летний Александр, начальник участка Петровского лесничества. - Лесничеством занимаюсь уже 22 года. Судьба мамы и папы тоже была связана с лесом. Папа был трактористом, мама занималась прополкой и высадкой. До сих пор стоят деревья, которые они высадили. А мама еще вывела редкий сорт розы — голубой. Но, увы, не запатентовала этот цветок. Может, и нельзя так говорить, но это хорошо, что родители не дожили до того ужаса, который начался в 2014. Родительский дом разбили. Наш Петровский район беспилотники и РСЗО ВСУ «кошмарят» и сейчас.

Дом Александра тоже попал под обстрел. Остался живым благодаря верному и умному псу — овчарке по кличке Леха. За 10 минут до прилета снарядов пес стал стучаться в дверь. Лесник почувствовал что -то неладное, взял документы и спустился в подвал. Так остался жив – вражеский снаряд ударил прямо в дом, но подвал не обвалился.

Лес в степном Донбассе имеет стратегическое значение

Фото: Ольга ГАЛЬСКАЯ. Перейти в Фотобанк КП

Но «рукастому» мужику отстроиться заново — не проблема.

- Бойцы, которым я помог с лесом, теперь помогли со стройматериалами, да и шахта Засядько помогла, - вспоминает Александр.

Александр рассказывает, что в лесничестве удалось сохранить всю технику. Это «Нивы», трактора, плуги, экскаваторы.

- Но, когда автомобили просили военнослужащие, конечно, предоставлял. И лес тоже давал, военным и шахтам. Главное же, сохранить жизни людей, а новый лес мы высадим. Я отдал бойцам 8 единиц личной техники. Покупал дешево, ремонтировал и передавал.

А еще Александр, имеющий разрешение на оружие, лично сбил два беспилотника. Это он рассказал «Комсомолке» как бы между делом, не хвастался своим подвигом.

Лесник помогал и местным жителям. Возил хлеб, вспахивал огороды, привозил дрова, делал буржуйки тем, кто потерял дом и стал жить в кибитках.

- В 2014 — 2015 годах ездил на ту сторону за запчастями, - рассказывает Александр. - У нас же тогда была блокада, ничего не было. Рисковал, конечно. Но удавалось проезжать через нацбаты, поляков. Они стояли в направлении Угледара. Запомнилось, что поляки были здоровые, больше меня, около двух метров ростом. Но они не сражались, выполняли функции заградотрядов. Убивали всушников, кто не хотел воевать. Меня поразило, что они пускают лошадей по минному полю… У меня-то в лесничестве были лошади, конные прогулки, баня. Семьями приезжали отдохнуть на природе.

Цветы и деревья, которые мы видели на «Донбасс - Арене», возле «Виктории», в Петровском парке, да и во многих местах города миллиона роз, были выращены в питомнике Петровского лесничества.

В Афганистане спас командира

Сейчас, во время нынешних боевых действий, судьба разбросала бывших афганцев по разные стороны линии соприкосновения. В Афганистане все было по-другому.

- Страшновато было, мне ж всего 18 лет стукнуло, как призвали, - говорит Александр. - У меня был участок — 40 километров, который я должен был прикрывать, сопровождать колонны. Однажды был бой, остался в живых я и пулеметчик…

А однажды молоденькому сержанту пришлось спасти командира.

- Он подхватил тиф, желтуху, - вспоминает лесник. - Таял на лазах, стал весить 33 кг. Я отвез его в госпиталь, а там говорят, мол, не жилец твой командир. Нужны лекарства, а они только у духов есть. И пошел я на переговоры с врагами. Добыл лекарства! Выменял на солярку. А командир в благодарность навестил родителей. Маме привез шаль, а отцу часы.

В Афганистане Александр подхватил малярию, плюс были последствия контузии, лечился в Донецке.

- После Афгана я полгода не мог разговаривать, - говорит будущий лесник.

Потом Александр работал в пожарной охране, полгода был в Чернобыле. Возил стройматериалы, песок.

- Но статус мне не оформили, как будто я там и не был! - горько улыбается лесник.

За 25 лет службы у Александра было три больничных, и те на 23 февраля. Очевидно, такая хитрость, чтобы встретиться с боевыми товарищами. А в отпуск по факту он не ходил.

- Был старшим водителем, иногда просто менялся со сменщиком, - поясняет Александр.

Лесник не только берег лес, но и помогал мирным жителям

Фото: Ольга ГАЛЬСКАЯ. Перейти в Фотобанк КП

Переживает за поля и питомник

А потом ему, как служившему в Афганистане, должны были присвоить звание младшего лейтенанта. Но оказалось невероятное: в отделе кадров Александру по секрету пояснили, что это звание присвоили другому.

Он ждал три года, что разберутся, справедливость восстановится. Не дождался. В 37 лет Александр ушел на пенсию, и 7 ноября 2003 года принял лесничество.

- Сейчас переживаю, что не могу заняться питомником, там все деревья переросли, нужно выкорчевывать, - говорит лесник. - Поля не могу распахивать, заминированы. Как-то нашли чехословацкую мину, 7 метров длиной, из алюминия. Приехал боец, роста не высокого, в очках. Я подумал, что толку не будет. Ну он приказал уйти всем на 2,2 км. А сам остался, успешно обезвредил смертоносное оружие направленным взрывом.

Сейчас Александр в лесничестве фактически один. А рабочие руки там очень нужны: трактористы, сварщики, механики, бензопильщики.

- У нас, чтобы работать, нужны преданность, любовь к природе, патриотизм, - говорит лесник.

Мы слушали этого крепкого, настоящего мужчину, и думали: вот судьба несколько раз была к нему крайне несправедлива. А он не озлобился, не стал мстить. Просто продолжает свой нелегкий труд. Наверное, на таких людях и держится наш край.

- Мне просто был дан приказ остаться и беречь лес как важнейшее стратегическое направление. Мог ли я поступить по - другому? - задает риторический вопрос наш герой.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

«Делали все, чтобы у людей был свет, а у бойцов — фортификации»: Министр природных ресурсов и экологии ДНР Алексей Шебалков рассказал, как выстояло лесное хозяйство в самые трудные времена

Руководство ДНР и лесники не допустили, чтобы шахты остались без леса, а защитники Донбасса без укрепсооружений (подробнее)