26 мая в Донбассе началась война - день, навсегда изменивший жизнь

В 2014 году никто не верил, что соседи из Киева начнут убивать своих же

Фото: Никита МАКАРЕНКОВ. Перейти в Фотобанк КП

День, который дончане не забудут никогда. Даже те из них, кого в то время не было в городе. 2014 год был страшный: жестокий, непонятный, уничтожающий… Наблюдая за происходящим беспределом в Киеве, пожилая соседская бабушка говорила: «Устроили, Бог знает что! Милиция защищает горожан, а они в ответ их же – милицию – избивают и убивают! Но те же не фашисты! Что киевляне творят!». И все так думали.

Жители Донецка, а с ними и весь Донбасс, вышли на центральную площадь города, чтобы таким огромным потоком людей показать, что Киев не прав, что по своим силовикам горящие бутылки не бросают, что мы один народ - славяне, включая Россию и Белоруссию. Ну, не стрелять же друг в друга? Как сказал тогда один умный человек, прошедший Афганистан, отвечая на вопрос, будут ли по нам стрелять: «Этого не может быть, потому что этого не может быть никогда». Все так думали. А в итоге…

- Грустно все это вспоминать, - говорит дончанка Светлана Станиславовна, - В этот день, 26 мая, у внука было день рождения, ему исполнилось 13 лет. Мы собрались выйти погулять в центр, купили билеты в кинотеатр Шевченко. Сами живем напротив железнодорожного вокзала по улице Куйбышева. В общем, сидим за праздничным столом, поздравляем именинника, и что тут вдруг началось! Взрывы, бомбежка, мы были в ужасе. В происходящее даже не верилось. Нам казалось, что все закончится максимум через неделю-две. А затянулось на годы… Скоро у внука юбилейный, 20-й, день рождения. Только вчера вспоминали тот день. Вообще, семья дочери из Ясиноватой. Дом у них свой, хороший. Пострадал от обстрелов сильно, жить невозможно. И вот с 2014 года мы все - шесть человек - живем вместе в одной квартире. Надеемся, что война закончится, и все наладится, наконец.

- 26 мая? Я тогда в ополчении был, - вспоминает Владимир. - Когда стрелять начали, не видел смысла сидеть дома. Надо было защищать семью, детей. И землю свою, и страну тоже. Когда началась война, мне было 56. Воевал в Славянске. Туда целыми колоннами ехали. Потом, когда получил ранение, на блокпосту стоял, гуманитарку возил. Когда немного подлечился и вернулся обратно, уже практически у домов стояли их танки. Деваться было некуда - спасались, ушли. Пять лет был на службе - сначала осваивал БМП, потом танк. Теперь уже молодежь нас защищает. А вначале страшно было, но потом привыкли. Хотя это плохая привычка, лучше к такому не привыкать. Особенно детям. Когда в Горловке погибали дети - это кошмар был. Тут поневоле возьмешь оружие в руки и пойдешь защищать своих. Под Мариуполь почти дошли. Но не пустили нас туда. Не разрешили.

- Вы сразу приняли решение идти в ополчение?

- Конечно. Думать некогда было. Когда самолеты над головой летают, кидают всякую гадость на нас. Дети по подвалам сидят. Когда тут думать? Сразу оружие в руки взял. Ко мне тогда прибежали родственники - племянники, крестники. Спрашивают: «Дядь Вов, что делать?». Говорю: «Как что? В машину и поехали быстро». Так и было. Даже женщины к нам приходили - рвались в окопы. Мы их не пускали. Женщины пускай дома детей защищают. А мы уже сами по окопам. Так и воевали. Все пошли, никто не остался. А кто-то все-таки испугался - уехал в Россию, или в Украину убежал.

- Я долго не верила, что все это с нами происходит, - рассказывает Маргарита. - Мне казалось, это не разрывы от снарядов, а выхлопы от автомобилей. Но когда сказали, что нас обстреляли, много убитых, полнейший шок был. Дети уехали через неделю, говорили тогда: «Мамочка, это всего на два месяца». До сих пор живут в других городах, родили еще детей. Но они все там, в России. Сюда хотят, но страшно возвращаться. Мы все не верили до последнего: «Как? Нас бомбить? За что?»

- В этот день, помню, самолеты начали летать, и со стороны аэропорта очень сильные разрывы послышались, - вспоминает восемнадцатилетний Александр. - Люди, которые жили там, в срочном порядке переезжали поближе к центру. Потом начали летать вертолеты, помню, очень сильно стреляли. Мы с родителями сидели в углу комнаты, страшно было. Они мне тогда объяснили, что происходит, почему началась война. На тот момент мне было всего одиннадцать.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Умер любимец дончан - музыкант Николай Гладков, известный еще как Дед Рокер

Гладков Николай Николаевич, ушел из жизни. Трагедия произошла еще шестого апреля. Родственникам сказали не сразу - до восьмого апреля о смерти Николая Николаевича близкие не знали. Похоронили его десятого апреля. На похоронах присутствовали четверо человек: жена Татьяна Васильевна, дочка Аня, внучка Кира и молодой друг-сосед Андрей (подробнее).