Пережила плен, имитацию расстрела и разлуку с сыном

Друзья и родственники Ольги, которые остались по ту сторону линии соприкосновения запуганы, и по ее словам общение с ними происходит в основном в личной переписке в соцсетях. ФОТО: Наталья ОСИПОВА

С конца декабря 2014 года ее домом стало одно из общежитий для вынужденно перемещенных лиц в Донецке. При этом в Мариуполе пустует 2-х комнатная квартира, собственноручно отремонтированная Ольгой накануне вооруженного конфликта в Донбассе.

-Я несколько лет проработала на заводе в Мариуполе, и события на майдане затронули всех нас. В конце 2013 года пошел резкий спад производства, в связи с чем нам грозило огромное сокращение штата. Я возглавила рабочий комитет двух предприятий – «Азовмаш» и «Азовэлектросталь», мы начали выдвигать свои требования, - вспоминает Ольга Селецкая.

В итоге женщину уволили с завода "Азовэлектросталь", «из-за слишком активной общественной деятельности». К слову, завод принадлежит богатейшему человеку на Украине - Ринату Ахметову.

- Впоследствии я стала одним из комендантов палаточного городка у стен городской администрации, после чего попала в поле зрения СБУ.

В конце 2014 года Ольга Селецкая была арестована украинскими спецслужбами и провела в плену 120 дней.

- В плену я подвергалась пыткам и насилию, со мной провели имитацию расстрела… (человека ставят к стене с завязанными глазами, и зачитывают приговор о высшей мере наказания, после чего пускают автоматную очередь выше головы, - прим. ред.).

После обмена военнопленными 26 декабря 2014 года путь Ольги домой, в Мариуполь был заказан. Она осталась жить в Донецке, а ее 11-летний на тот момент сын – в Мариуполе.

- Следователь заявил мне, что в случае возвращения в Мариуполь мне обеспечен длительный тюремный срок. Два года после освобождения я и мой ребенок были в разлуке. Мой сын мало того, что все это время был лишен материнского тепла и заботы, но еще и подвергался психологическому давлению со стороны проукраински настроенных отца и бабушки.

К счастью, Ольге удалось добиться того, что сын к ней приедет в гости и сам примет решение, где ему жить - в Мариуполе или в Донецке, с мамой в общежитии. Мальчик выбрал маму. Для того, чтобы в военном городе обеспечить себя и сына, Ольге Селецкой пришлось сменить профессию.

- Работу было найти сложно. Я прошла курс обучения и сейчас работаю ведущим специалистом в Пенсионном фонде, - поделилась женщина.

Ольга со слезами на глазах вспоминает, как накануне войны закончила ремонт в своей мариупольской квартире.

- Четыре года я делала там ремонт. Причем все делал сама, я научилась всему – и проводку разводить и канализацию прокладывать и монтировать гипсокартон… Можете себе представить сколько я вложила и материальных, душевных и физических сил в эту квартиру, старалась для детей. Старшая дочь с моей внучкой живут в России, но даже если бы у них была возможность вернуться в Мариуполь все равно не смогли бы оплачивать коммунальные услуги. За 2-х комнатную квартиру в месяц набегает 2.5 тысячи гривен, а такой работы, чтобы и на коммуналку и на жизнь хватало, в городе нет. Но даже дело не только в этом. Лично для меня нет возврата назад, в Мариуполь, не только потому, что меня посадят. Я не смогу жить рядом с фашистами, прославляющих Бандеру.

К слову, друзья и родственники Ольги, которые остались по ту сторону линии соприкосновения запуганы, и по ее словам общение с ними происходит в основном в личной переписке в соцсетях.

- Они боятся с нами разговаривать по телефону. И даже в переписке в соцсетях наше общение сводится к тому, что просто сообщаем друг другу, что живы-здоровы.