2016-07-14T10:30:19+03:00

Михаил Грушевский: «Я штудирую все, что озвучивает Владимир Вольфович. Это мой хлеб!»

Мы обсудили с известным пародистом события недели: запрет курения, троеточия и мата в СМИ

00:00
00:00

Михаил Грушевский поддерживает закон о борьбе с курением, но считает, что с курильщиками надо помягче Фото: Анатолий ЖДАНОВ

Михаил Грушевский поддерживает закон о борьбе с курением, но считает, что с курильщиками надо помягчеФото: Анатолий ЖДАНОВ

В прямом эфире радио КП известный юморист Михаил Грушевский обсуждает с ведущим Александром Яковлевым бурную законотворческую деятельность нашей Госдумы.

Яковлев:

- Здравствуйте. Для вас работает Александр Яковлев. У нас сегодня замечательный гость – юморист Михаил Грушевский. Болельщик ЦСКА.

Грушевский:

- Да. Можно сразу подчеркнуть нашу некоторую схожесть. Вы – Александр Яковлев, а я – Михаил Яковлевич. Это нас объединяет.

Яковлев:

- Какое событие на этой неделе вам показалось самым любопытным?

Грушевский:

- По любопытности, мне кажется, уже давно, как говаривал президент Советского Союза Михаил Сергеевич, «так исторически сложилось», так вот, эту формулу можно применить ко всему, что делает Владимир Вольфович Жириновский. Его предложение избегать и вообще запрещать использование импортных, русскозамещающих слов. Я думаю, интересно, а матерные слова можно заменять зарубежными аналогами?

Яковлев:

- Ненормативную лексику тоже запрещают. А все же, это лидер парламентской фракции, за него проголосовали миллионы граждан Российской Федерации. И он предлагает законодательно запретить использование иностранных слов – при наличии их аналогов в русском языке, подчеркивает Владимир Вольфович. Может быть, серьезное предложение, давайте поддержим? Русский язык умирает постепенно.

Грушевский:

- Я полностью поддерживаю. Во-первых, это вызовет технологический прогресс. Потому что должны будут выпускаться гаджеты, которые будут нам подсказывать.

Яковлев:

- Гаджеты – это уже не русское слово.

Грушевский:

- Хренечки. Это же русское слово. Такие штучки диковинные.

Яковлев:

- Приборчики.

Грушевский:

- Думаю, слово «прибор» может иметь импортные составляющие. Устройства. Они будут нам подсказывать. Иной раз человек вполне законопослушный, такой, как мы с вами, может, не желая, нанести урон родному государству и престижу русского языка. Может употребить слово, не догадываясь о том, что есть русский аналог, исконно русский. Это подтолкнет целую отрасль у нас в стране.

Яковлев:

- Жириновский говорит: надо русский язык освобождать от мусора и иностранных слов. Юристы ЛДПР уже работают над соответствующим законопроектом. «Зачем говорить «дилер», когда есть «посредник»? «Перфоманс» - вместо «представление». Скоро у нас и английское произношение заставят делать». Вы так несерьезно относитесь…

Грушевский:

- С чего вы взяли, что я несерьезно отношусь? Я вообще штудирую все, что озвучивает Владимир Вольфович. В конце концов, это мой хлеб. Владимир Вольфович – кормилец и поилец. В этом что-то есть. По крайней мере, говорить об этом очень интересно. Даже вот это упражнение – «дилер – посредник», «менеджер – управленец», «конфета» - «сладость». Любое это упражнение – уже хорошая гимнастика для мозга. Я не вижу ничего плохого. Можно сколь угодно иронизировать, но сам этот процесс не оскорбляет, не унижает человеческое достоинство, не подпадает под действие другого закона – об оскорблении разных чувств, не только верующих. Например, чувства людей, культивирующих и глубоко ценящих и уважающих значение русского языка, ведь тоже можно каким-то образом ущемить.

Яковлев:

- Жириновский также предложил штрафовать СМИ за использование англицизмов и других заимствованных слов. Это предложение Жириновский сделал во время обсуждения ответственности СМИ за нецензурные высказывания. Как вам это?

Грушевский:

- А давайте еще подумаем, скажем, такая формулировка из дипломатического лексикона: персона нон-грата. Это же всемирно признанная формула. Этот закон требует тонкой ювелирной работы. Но мне кажется, нельзя вместо «персона нон-грата» говорить, что такой-то на территории Российской Федерации признан человеком нерукопожатным. Это же совсем другое, правда? На самом деле надо очень тщательно здесь проработать. Владимир Вольфович абсолютно здравую идею, как обычно, сформулировал. Она просто требует ювелирнейшей настройки. Я думаю, за несколько лет мы сможем выработать идеальную формулировку этого закона.

Яковлев:

- Вам не кажется, что наши депутаты не тем занимаются? У нас так много проблем.

Грушевский:

- А что более важного в стране? Давайте перейдем к менее возвышенной теме.

Яковлев:

- По поводу многоточий. Дело в том, что за замену нецензурных выражений в газетах и журналах многоточием или запикиванием мата на ТВ и радио журналистов тоже могут наказать. Об этом заявил депутат Госдумы Дмитрий Вяткин.

Грушевский:

- Позволю себе рассказать такой полухулиганский-полудетский анекдот. Когда Винни-Пух и Пятачок идут рядом молча. И вдруг Винни-Пух неожиданно разворачивается и дает Пятачку в рыльце. И тот говорит: «Винни, за что?» - «Идешь, свинья, и всякую фигню про меня думаешь». Мне кажется, можно будет не только за многоточие. Мало ли о чем подумали журналисты. Можно будет наказывать и за подтексты, за то, что вызывает какие-то ассоциации. Это интересная штука. Но она очень опасна.

Яковлев:

- А в целом штрафовать за использование ненормативной лексики в СМИ стоит или не стоит?

Грушевский:

- Ненормативную лексику в публичном пространстве использовать, мне кажется, в любом случае не следует. И это должно каким-то образом штрафоваться. С ненормативной лексикой более-менее понятно. Вот что касается запикивания, то это общемировая практика. И отказ от этого… За наше с вами использование ненормативной лексики ответственность будет переложена на СМИ. Если раньше они могли нас с вами запикать, то сейчас запикали – не запикали, а мы будем разорять с вами. Вы пригласили меня на эфир, я сейчас включаю ненормативную лексику, и радио и ТВ «Комсомольская правда» попадают на огромные штрафы. А я всего лишь засланный казачок, меня ваши конкуренты через дорогу к вам подослали. Короче говоря, это не может иметь применения. А что касается ответственности за использование ненормативной лексики, то мне кажется, если это в печатном СМИ, безусловно, несет ответственность. Если человек пришел на прямой эфир и позволил себе ненормативную лексику, которую не удалось запикать, то данный человек должен нести за это ответственность, а не СМИ.

Яковлев:

- В законе предусмотрены штрафы как для физических лиц, так и для юридических лиц. Отдельно – для должностных лиц. Неприличное слово из уст депутата для него будет стоить дороже, чем для простого человека.

Грушевский:

- Понятие «неприличное слово». Если высокое должностное лицо произносит слово «козлы», несет ли данное должностное лицо ответственность?

Яковлев:

- На это обратили внимание многие эксперты. Не до конца можно понять, что является табуированной лексикой, а что нет.

Грушевский:

- Это грубое слово. Хотя если это в передаче «В мире животных» говорится об удивительных козлах, безусловно, никто Николая Николаевича Дроздова за это не накажет. Но если говорят, что «они поступили так, потому что они козлы», мне кажется, здесь тоже можно обратить внимание на корректность выражения.

Яковлев:

- Примем звонки.

Грушевский:

- И в шахматах тоже мат надо запретить.

Яковлев:

- Скептики, в число которых входят и эксперты правительства, говорят, что подобный закон уже существует. В общественных местах материться нельзя. Под общественные места подпадают и СМИ.

Иван:

- Я хотел бы сначала высказаться про иностранные слова. Я работаю в области телекоммуникаций, я – технический писатель. Могу со всей ответственностью сказать, что это невозможно. По крайней мере, в специализированном техническом жаргоне английские слова настолько прочно уже вросли в обиход, без них просто специалисты не поймут друг друга. Я предложил сделать не штраф за употребление, а премию за неупотребление. И гражданам было бы приятно, и как-то достаток населения бы поднялся. Замечание по поводу слова «козлы». Это ведь очень неоднозначное слово. В некоторых жаргонах русского языка это оскорбление почище матерного иного словца.

Яковлев:

- Да, в некоторых сферах жизни.

Евгений:

- Это Екатеринбург. Иностранные слова просто неуместны в нашей лексике. «Йес» и все остальное.

Грушевский:

- Список всего остального есть у вас?

Евгений:

- Можно много иностранных слов вспомнить.

Грушевский:

- «О’кей» надо запретить?

Евгений:

- Да, конечно.

Грушевский:

- Согласен. Это главное зло. Правда, я обращал внимание, что люди, говорящие на арабском, итальянском, испанском, вообще на всех языках все время у людей проскальзывает «о’кей». И они не подозревают о том, какая угроза над ними витает.

Яковлев:

- ЛДПР тоже под угрозой. Слова «либеральный» и «демократический» - это тоже иностранные слова.

Грушевский:

- Да и «Жириновский» - слово иностранное.

Владимир:

- Хотел сказать по поводу мата. Иногда уровень ханжества с этим очень сильно зашкаливает. Хорошее название русской буквы «хер» стало тоже неприличным. В свое время она так и называлась. Голова – член, рука – член, он – тоже член. Тогда слово «член» по определению тоже должно быть плохим. Сам по себе мат – это бранные слова, боевые слова.

Грушевский:

- Это известный феномен русского языка, когда одно и то же слово, даже такое известное, которое характеризует женщину доступной профессии, это слово, которое именно по отношению к женщине является литературным, а как слово-паразит, которое мы выделяем запятыми, это матерное слово. Тонкостей много во всем. Перейдем к курению? Я, как некурящий человек, уже начинаю нервничать. Кстати, человек, который любит материться, чаще курит. И использует иностранные слова. Я попробую объединить все законы.

Яковлев:

- Госдума сегодня приняла во втором чтении так называемый «антитабачный закон». Полностью запретят курение в госучреждениях, в вузах, школах, больницах, стадионах, ресторанах, поездах, на вокзалах и у метро. Курилки останутся только на предприятиях и в офисах. Табачным компаниям запретят проводить лотереи, спонсировать фестивали, а их переписка с органами власти будет публиковаться. В соответствии с поправками, сигареты снимут с витрин, на кассах предполагается выставлять лишь прейскурант на сигареты. В больших магазинах будут созданы специальные отделы, где курящие смогут определяться с выбором, не привлекая внимание других покупателей. Предполагается также запретить продажу электронных сигарет и жевательной табачной смеси типа «насвай». Как вам?

Грушевский:

- Я здесь не могу быть человеком беспристрастным, ибо я не курю. Я считаю, что мы с курильщиками в неравных условиях. Когда курильщики жалуются на то, что подобного рода законодательство будет их ущемлять и поражать в правах, то отчасти их доводы можно понять и даже выслушать их. Но когда мы находимся в одном пространстве, то я своим некурением не воздействую на курящего человека. А курящий человек своим курением на меня воздействует. У нас изначально неравные условия в нашем влиянии друг на друга. Мне кажется, уважаемым господам курильщикам не остается ничего, как принимать те ущемляющие их меры, как данность.

Яковлев:

- То есть вы поддерживаете этот законопроект?

Грушевский:

- Я поддерживаю. У меня есть шкурный интерес. Да, я не хочу, чтобы рядом со мной курили. Я хочу, чтобы люди имели возможность курить там, где нет тех, кто не курит.

Яковлев:

- Я тоже не курильщик. Может быть, курильщики вмешаются в разговор? Как вы относитесь к запрету курить в указанных местах? Не ущемляет ли это ваши права? На этой неделе появилось открытое обращение Ассоциации курильщиков России, дескать, с курением надо бороться, но не так, вы ущемляете наши права. Я после этого подумал, что нужно создать ассоциацию некурильщиков.

Грушевский:

- Люди, которые любят выпить избыточное для любого человеческого организма количество алкоголя, и подраться при этом, почему бы им не объединиться в какое-то сообщество и не сказать, что 15 суток административного ареста сильно ущемляют их права? Курение ведь наносит вред здоровью, и только того, кто курит.

Яковлев:

- Позиция оппонентов какова? Дело в том, что представим больницу. Человек – курильщик, ему надо покурить. Оставьте ему небольшое помещение, курительную комнату. Нет, абсолютный запрет. И тут их становится жалко.

Грушевский:

- Об этом можно поговорить. Если не важно – в больнице, в госучреждении. Было интересно услышать, что в офисах. Офис – это понятие, это запрещенное слово, это «служебное здание».

Яковлев:

- Служебный дом.

Грушевский:

- Дом – нерусское слово. Если в этом частном служебном здании, почему какой-то закон должен предписывать, должны они иметь помещение для курения или нет? Мне кажется, каждая организация вправе навязывать свои правила игры. Допустим, я – владелец бизнеса или даже глава госкомпании. Я говорю: я принимаю на работу людей, которые не курят. Тем более, для частной компании это абсолютно нормально. Или я не позволяю курить. Или, наоборот, я всем позволяю курить. И отвожу для этого определенное помещение, где не будет тех, кто не курит.

Яковлев:

- И еще один минус этого закона. Закон просто не будет работать. Во всех школах курят в туалетах. Курили и будут курить. Во всех вузах курят рядом, на улице, в туалетах. Курили и будут курить. И мы в очередной раз получаем законопроект, который хороший, правильный, но работать не будет.

Грушевский:

- Это пессимистический прогноз. Если поставить в школьных туалетах датчики, чтобы срабатывал тревожный сигнал, это, как минимум, некомфортно. Это привлекает внимание. Те же дети, условно говоря, есть школьники – любители и профессионалы в области списывания. Но они стараются делать это скрытно, чтобы их преподаватель не заметил. Если курить будет опасно, некомфортно психологически или как угодно, значит не будут курить в туалетах. Как они будут курить, где они будут прятаться? Понятно, что всегда есть возможность немножечко обойти любой закон. Но почему в Европе, в Америке не курят в кафе, в ресторанах, в барах люди выпивают, но не курят, потому что запрещено? Значит можно добиться результата на выходе.

Яковлев:

- Закон, если его примут в третьем чтении в Госдуме и подпишет Путин, вступит в силу 1 июня 2013 года. Однако ряд положений начнет действовать через год – 1 июня 2014 года. Это курение в санаториях, в поездах дальнего следования, на воздушных судах и судах дальнего плавания. А также на транспорте городского и пригородного сообщения. С 2014 года будет запрещено курить в гостиницах, в помещениях общественного питания, на перронах пригородных железнодорожных станций. В 2017 году вступает в силу норма об обеспечении учета производства табачных изделий, ввоза и вывоза из России табачной продукции.

Евгений из Екатеринбурга:

- У нас депутатам больше нечем заняться?

Яковлев:

- Вы считаете, это не самый важный закон, когда Россия первая в мире по количеству курильщиков?

Евгений:

- Конечно, нет. Просто у нас народ триста лет привыкал курить, а теперь резко запрещают. Разве больше проблем в жизни нет?

Грушевский:

- Это пока что очень слабый аргумент. Часть разговора о здоровье нации. Можно говорить, что важнее – образование, здоровье или эффективность экономики. Но это достаточно взаимосвязанные вещи.

Яковлев:

- У нас очень много звонков.

Валерий из Владимира:

- Я не курю. Но я не поддерживаю этот закон. Давайте вспомним нашу историю. Когда пришел к власти Горбачев, у нас водку отменили, был почти сухой закон. Люди пили все, что горело. Сколько людей потравилось. Сейчас с этими сигаретами ужесточают. Согласен, может и надо, но не до такой степени. Мы всегда дергаемся от плюса к минусу. У нас нет середины. Человек лежит в больнице, ему надо, он всю жизнь курил. И его лишают этого. Я считаю, что это неправильно. Есть хорошая поговорка: рыба тухнет с головы. Я очень сомневаюсь, что депутаты наши не будут курить, что у них не будет левых курительных комнат.

Грушевский:

- Это очень интересная идея.

Яковлев:

- Депутаты сегодня заявили, что скоро у них закрываются места для курения.

Андрей из Твери:

- Я являюсь относительно курящим человеком. Потому что с августа перешел на электронные сигареты. Закон я в принципе поддерживаю. Но с некоторыми исключениями. Поскольку у нас сейчас электронные сигареты пропагандировались как средство отказа от курения, или замещающее средство, продавались в аптеках, и запретить их сложно. Тогда надо запретить и антиникотиновые пластыри, жвачки «Никоретте» и прочие препараты.

Грушевский:

- Все, что помогает курильщику бросить курить, ни в коем случае нельзя запрещать, потому что этим людям, наоборот, надо протягивать руку помощи, а не усугублять.

Андрей:

- Я почувствовал хорошие изменения в здоровье, когда стал курить электронные сигареты. Нет запаха табака. Одни положительные эмоции.

Яковлев:

- Электронные сигареты, скорее всего, запретят.

Грушевский:

- У меня такое впечатление, что это какой-то перебор. Это нам свойственно – крайности. Безусловно, это так называемое антитабачное законодательство должно быть таким образом разработано, чтобы те люди, которые уже курят, чтобы они не оказались настолько изолированными и брошенными, чтобы у людей не появилось желание курить назло этому закону.

Яковлев:

- Запрет на курение в общественных местах, существенное ограничение на продажу табака. Как говорит депутат Герасименко, представитель комитета Госдумы по охране здоровья, 44 млн. россиян 1 июня, те россияне, которые начинают свой день с затяжки сигаретой, проснутся в другой стране. Дорогие курильщики, вы в этой стране хотите оказаться или нет?

Грушевский:

- Курильщики, может быть, не хотят. Хотя, если курильщик немножко возьмет паузу и подумает о том, что, может быть, курение ему самому доставляет определенный жизненный дискомфорт, допустим, если он живет в понимании того, что это раздражает его жену, детей, то он просто использует это как стимул. Представьте себе, что завтра мы примем закон о том, что все граждане России поголовно должны в 8 утра ходить в тренажерный зал. Абсурд.

Яковлев:

- После последнего решения Госдумы я не буду удивляться.

Грушевский:

- Но звучит довольно абсурдно. Но с другой стороны, если обсуждение этой тематики подтолкнет кого-то к мысли о том, что можно было все-таки довести до ума это желание хотя бы раз в неделю заниматься спортом, так и здесь. Набор ограничений, который предусмотрен в этом законе, немножко поражает своим масштабом, объемом и чрезмерностью. Говорю как некурильщик. Перебор в этом есть. Но совсем делать вид, что такой проблемы в стране нет, что вообще вот это соотношение прав людей некурящих, которых со всех сторон атакуют курильщики, не специально, но это действительно так. Известно и про пассивное курение, и так далее. Об этом надо задуматься и сдвинуть ситуацию, просто подтолкнуть к более здравому положению вещей в обществе.

Яковлев:

- Вы знаете, сколько будет стоить штраф за курение в общественных местах? Вы бы какой поставили ценник?

Грушевский:

- Я бы поставил какой-то существенный. Потому что штраф в 300 рублей вряд ли остановит курильщиков.

Яковлев:

- Депутаты тоже не знают ответа на этот вопрос. Они лишь предлагают 3 тысячи рублей.

Грушевский:

- Мне кажется, что штраф не должен быть психическим. Ну вы посмотрите реакцию общества на мимолетное такое экспромтное по антуражу, по картинке, по визуальному восприятию предложение Медведева о том, чтобы 500 тысяч рублей был штраф за вождение в нетрезвом состоянии. Действительно, эта цифра потрясает государственные устои. Но с другой стороны, штраф в 500 рублей смехотворен и никак не останавливает эту проблему. Таким образом, курение в общественных местах, в тех местах, где законом будет запрещено курить, должно штрафоваться, но в соответствии с нашими представлениями о добре и зле. Безусловно, это не может быть 30 тысяч рублей.

Михаил из Барнаула:

- Я Грушевского поддерживаю в том плане, что мы в неравных условиях. Мы сейчас начинаем с минусовой оценкой. Некурящий уже находится в плохом состоянии. Со времен Петра Первого мы нюхаем этот табак. И никто никогда не говорил о том, чтобы нас пощадили, некурящих, я сам не курю. Мамы курят, подростки курят, в школах курят. Не забывайте другой показатель – попрошайничество. Невозможно пройти по улице: «Сигаретки нет?»

Грушевский:

- А если начнут электронные сигареты стрелять? Дяденька, не найдется у вас электронной сигаретки?

Яковлев:

- Что пишут пользователи Интернета. Надежда: «Какой абсурд! Как правительство представляет себе такую картину: полицейские будут штрафовать в день такое количество народа, что наша страна за штраф в 3 тысячи рублей сможет разбогатеть до вселенских размеров. С какой целью они вводят это ограничение?»

Грушевский:

- Есть мировая практика.

Яковлев:

- В большинстве стран мира работает такой законопроект.

Грушевский:

- Работает. Я видел исключение – Греция. Очень процветающая ныне страна, совершенно там нет забастовок и массовых протестов. Просто купается в роскоши страна. Так вот, как объяснил мне один грек, Греция – курящая страна. Курили таксисты в машине. Они игнорируют общеевропейские нормы. Но в других странах это действует. И в Италии. Итальянцы не менее свободолюбивы, чем мы. И курильщиков у них хватает. И в Португалии работает эта история. Как она работает – несложно изучить. Это называется – общественный компромисс. Человек может спланировать свой день так, чтобы не курить там, где есть другие люди, для которых это нагрузка, это неприятный эффект. Можно это сделать. Почему мы не раздеваемся догола в ресторане и не приходим за столик, не переодеваем рубашку?

Яковлев:

- Есть еще один пункт – ограничение на продажу сигарет. Теперь их можно купить только в довольно больших магазинах, скрытно. Мы не увидим это на прилавках, только ценники. Но тут же появилось открытое письмо Ассоциации киоскеров. У нас есть и такая ассоциация.

Грушевский:

- Слава богу! Я так волновался, что они разобщены.

Яковлев:

- Мне кажется, что они дружат – ассоциация курильщиков и ассоциация киоскеров.

Грушевский:

- А ведь каждый курильщик потенциально может стать киоскером.

Яковлев:

- Ассоциация киоскеров России обратилась с открытым письмом к Путину, дескать, мы – малый бизнес, нас нужно поддерживать, мы живем за счет продажи сигарет, потому что у нас половина прилавка – сигареты, а вы нас убиваете вот таким законопроектом.

Грушевский:

- По большому счету, киоски вообще доживают последние свои если не месяцы, то уж годы точно. Этот формат торговли ничего хорошего… это формат 90-х, периода избавления от эпохи тотального дефицита. Сегодня, мне кажется, потребность в киосках, я понимаю – газетные, но киоски, в которых продаются продукты… Хорошо, в газетных киосках будут продаваться сигареты.

Яковлев:

- Нет.

Грушевский:

- А что, собираются полностью избавить киоски от сигарет?

Яковлев:

- В киосках будет запрещена продажа сигарет. В соответствии с тем законопроектом, который сейчас рассматривается.

Грушевский:

- С тем же успехом Ассоциация киоскеров может жаловаться на то, что в киосках не разрешается продавать оружие или наркотики, хотя бы легкие. Мне кажется, что это все лукавство. Что будет разрешено продавать, то они и должны продавать. Мало ли что им хочется продать. А паленую водку им разве не хочется продавать? Хочется. Но если им пытаются воспрепятствовать в этой незаконной торговле… Если сигареты станут незаконной торговлей для этих киосков, они не будут продавать. И никакие ассоциации им не помогут. Это все баловство.

Нонна из Ярославской области:

- Я хочу сказать насчет табака. Конечно, надо запретить курение. Но мне жалко тех людей, у которых очень большой стаж курения. Я видела, как они страдают, когда прекращают курить, хотят расстаться с этой привычкой. Начали наши думцы с табака. А почему не начнут с продуктов питания, которые некачественные? Это самый больной вопрос в наше время. Посмотрите, сколько у нас молодежь курит – будущее поколение травится не только табаком, но и некачественными продуктами. А сколько у нас аллергии?

Виктор из Ставрополя:

- У меня возник вопрос: в Думе сотни законопроектов, которые годами не рассматриваются, очень важные проекты. Не целесообразно ли, чтобы какой-то властный государственный орган проинвентаризировал, почему эти законопроекты Дума не рассматривает?

Грушевский:

- Я думаю, тут прямая связь. Как только в Думе будет запрещено курить, у них высвободится огромное количество времени для того, чтобы рассмотреть пылящиеся законы. Виктор сформулировал огромную тему.

Григорий из Екатеринбурга:

- Мне 28 лет, курю с 21 года. Если государство взялось за меня, курение мне сейчас не мешает ни по здоровью, ни по деньгам, если государство взялось за то, чтобы конкретно я бросил курить, я их поддерживаю. Но я скажу: сделайте пачку сигарет 150 рублей, тогда я точно брошу курить.

Грушевский:

- Запишите: 150 рублей.

Яковлев:

- 150 рублей – это предложение не только нашего слушателя, но и министра здравоохранения Вероники Скворцовой, которая сказала, что сделает все, чтобы через несколько лет пачка сигарет стоила 150 рублей.

Грушевский:

- Это можно сделать хоть завтра. Мне кажется, в Европе или Америке табак еще дороже. Поскольку это продукция государственного регулирования, то государство вправе устанавливать цены. Корысть государства здесь понятна – это акциз, который будет идти в казну. И с точки зрения того, что цена сигарет сможет отсечь хотя бы тех, кто курит, считая, что они не наносят себе этим никакого ущерба, но которые могут не курить.

Елена:

- Я категорический противник курения. У меня среди знакомых таких практически нет. И муж не курит. Я поддерживаю все эти меры. Особенно то, что в киосках не должно быть сигарет. Это просто легкий доступ. Из машины вышел, купил и куришь. А так тебе надо идти в магазин, с собой возить. Если забыли сигареты, вроде и негде покурить. Я считаю, что правильно, что в киосках запрещают продажу сигарет.

Грушевский:

- Елена подала гениальную идею. А что, если с продажей сигарет поступить так же, как поступили с многочисленными казино, которые у нас были повсеместно.

Яковлев:

- Игорные зоны.

Грушевский:

- Вот так вывести за пределы не то что центра любого города, просто чтобы человек должен был проехать десятки километров для того, чтобы купить этот товар.

Елена:

- Это уже из области фантастики. Каждый имеет право курить дома.

Грушевский:

- Государство этот рынок регулирует. Если государство заставит продавать сигареты только на островах, я думаю, что это один из способов. Если сделать так, что сигареты не будут продаваться на каждом шагу, это просеет контингент курящих людей. Среди них полно тех, кто курит не потому, что это неотъемлемая потребность их организма.

Яковлев:

- Поговорим про бухло.

Грушевский:

- Это жаргонизм.

Яковлев:

- Это просто русское слово. Я долго думал, что к слову «алкоголь» Жириновский может придраться. А «бухло» - звучит по-русски. Банка пива в России должна стоить не меньше 20 долларов, 600 рублей. Это заявил главный нарколог страны Евгений Брюн.

Грушевский:

- Это не Онищенко? Я так надеялся, что Онищенко.

Яковлев:

- У Онищенко появился серьезный конкурент – Евгений Брюн.

Грушевский:

- Евгений Брют – звучало бы еще ближе к тематике обсуждения.

Яковлев:

- Это вполне серьезно – 600 рублей банка пива.

Грушевский:

- Мне кажется, это вполне несерьезно. Опять же, пытаюсь провести параллель, вспомнить аналогичный рынок развитых стран. Там нет таких цен. Вообще мне нравится ход мысли. Дело в том, что баночное пиво самое вредное. В этом тоже забота о здоровье. Тогда банка пива будет стоить 20 долларов, бутылка пива будет стоить 10 долларов, а разливное пиво должно стоить 1 доллар, то есть 30 рублей. По степени вредности. Самое здоровое пиво – разливное. Я очень равнодушен к пиву. Бутылочное пиво стоит посередине. Баночное пиво – самое канцерогенное, самое вредное для здоровья. Простят меня производители баночного пива. Или не простят. Тогда 200 долларов должно стоит баночное пиво – оно самое вредное. А почему мы должны мелочиться?

Яковлев:

- Нужно повышать стоимость алкогольных напитков и пива?

Грушевский:

- Я не думаю, что стоимость пива должна повышаться. Мне кажется, рынок здесь и так сам регулирует.

Яковлев:

- Члены Общественной палаты потребовали пересмотреть список книг, рекомендованных к прочтению в старших классах школы. Письмо было направлено Дмитрию Ливанову – министру образования, и президенту Российской академии образования Николаю Никандрову. Авторы письма подчеркнули, что в списке вычеркнули произведения Александра Куприна и Николая Лескова, зато включили Виктора Пелевина и Людмила Улицкую. Что скажете?

Грушевский:

- Я вот что на это скажу. Эти идеи абсолютно бесперспективные.

Яковлев:

- Идеи со стороны инициаторов?

Грушевский:

- Мне кажется, вообще кроме русской классики, которая может быть обязательной как общеобразовательный минимум, необходимый любому российскому школьнику, все остальное должно быть вопросом личных эстетических предпочтений данного учителя русского языка и литературы. Мне кажется, что невозможно. Давайте решать – Мандельштам или Пастернак, Цветаева или Ахматова. Мне кажется, что, это сейчас немножко напоминает фигурное катание: обязательная программа и произвольная. Обязательная программа должна включать определенные пункты, без которых человек не может себя считать образованным. Безусловно, нельзя в школьной программе не знать о Пушкине или Толстом. Но дальше – Пелевин это будет, Куприн, Бунин, - рассказать о творчестве крупных писателей – это право учителя. Если учитель хочет одиннадцатиклассника познакомить с творчеством Пелевина, это его право. Учителю видится, что через чтение Пелевина он что-то донесет важное до своих воспитанников.

Яковлев:

- Михаил Грушевский – юморист, болельщик ЦСКА был сегодня у нас в гостях.

<<Самые интересные эфиры радио "Комсомольская правда" мы собрали для Вас ЗДЕСЬ >>

Слушайте также

ОБРАТНАЯ СВЯЗЬ
Московская студия 8-800-200-97-02
+7 (967) 200-97-02 +7 (967) 200-97-02
СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ