Звезды

Вокалист группы «Ария» Михаил Житняков: Шоу «Гость из Царства теней» стало одним из незабываемых событий в моей жизни

В юбилейный для коллектива год мы встретились с его фронтменом, чтобы поговорить о полетах и тщеславии, детях, игрушках и, конечно же, о музыке
Михаил Житняков: «За условные «двадцать минут» мы охватили значительную часть дискографии группы».

Михаил Житняков: «За условные «двадцать минут» мы охватили значительную часть дискографии группы».

Фото: Виктор ГРАКОВ

2020 год стал знаковым для рок-группы «Ария». 35 лет - красивая цифра, и по случаю юбилея настоящие мужчины в металле отправились в большой тур по России, назвав его символично «Замкнутый круг». Впереди музыкантов ждет несколько десятков городов, в каждом из которых их с трепетом ждут преданные поклонники. Ждут любимые песни, ждут невероятного драйва и огня, и все это непременно скоро сбудется. А пока мы по доброй традиции встретились с вокалистом группы Михаилом Житняковым, чтобы обсудить все самое интересное, что произошло за последний год.

«РАБОТА НАД ОБРАЗОМ МУЗЫКАНТОВ ВЕЛАСЬ БУКВАЛЬНО НА КАЖДУЮ ПЕСНЮ»

- Михаил, давайте начнем издалека. Перед презентацией альбома «Проклятье морей» нам поговорить не удалось. А вопросы накопились. Участие в шоу подобного масштаба для вас было дебютом. Лично для себя после нее вы какие-то открытия сделали?

- Безусловно, любое постановочное шоу требует немножко других подходов, нежели рядовой туровый концерт. В частности, приходилось много репетировать и отрабатывать не столько музыкальный материал, который в принципе к тому моменту был уже достаточно неплохо накатан группой, а именно постановочную часть. Музыкальный материал мы всегда репетируем в студии, прежде чем ехать на гастроли. А вот что касается непосредственно московской презентации этого альбома, то здесь речь шла уже о подготовке несколько другого характера. Специально под это был снят павильон в «Главкино», в котором построили большую трехуровневую сцену - в точности ту, которая была в итоге на самом концерте. Сделано это было специально, чтобы во дворце спорта мы чувствовали себя абсолютно уверенно и могли рассчитать все движения вплоть до шага. Только со мной персонально было проведено несколько репетиций нашим режиссером-постановщиком Юрием Соколовым. В моем случае получился очень ценный опыт, потому что до этого я ничего подобного не делал. Отрабатывали сценические движения, перемещения и взаимодействие с другими музыкантами и реквизитом, который был использовался в этом шоу.

Первые репетиции были намечены незадолго до концерта в «Мегаспорте» в марте, и, так как масштаб задуманного поражал воображение, у нас возникло стойкое ощущение, что мы не укладываемся в срок, чтобы достаточно хорошо подготовиться. Как будто все было немного сыровато. И тут приходит новость, что нам дворец спорта отказывает в проведении шоу по причине того, что наши технические «хотелки» не соответствуют возможностям этой площадки. Те нагрузки подвесной конструкции, которые у нас были заявлены, для «Мегаспорта» оказались предельными, а с учетом вероятной дополнительной снеговой нагрузки на крышу в конце марта никто не захотел брать на себя ответственность за возможные последствия. В итоге, было принято решение перенести шоу на другую площадку - ВТБ Арена. И у нас появилось еще время, чтобы окончательно закрепить какие-то моменты, пройти какие-то мизансцены. Обкатывали мы уже в несколько другой обстановке, но, тем не менее, часть работы мы взяли с собой в тур.

- Сет-листы презентации «Гость из Царства теней» и тура в поддержку альбома не совпали. Почему?

- Поскольку Юрий Алексеевич уже не в первый раз работал с «Арией», он ставил такие шоу, как «Живой огонь» и «Пляска ада», участвовал в организации концертов с оркестром, группа с большим доверием относится к его инициативам. Мы показали ему программу тура, с которой ездили по другим городам. Многое он принял, а что-то отверг, по причине не попадания в концепцию самого шоу. В итоге получилась уникальная программа, которую удалось показать только в Москве. Работа над образом музыкантов велась очень тщательно и буквально на каждую песню. Костюмы, реквизит, декорации, изображения, выводимые на огромные экраны – все это усиливало эффект восприятия. Весь креатив полностью исходил от него, нам лишь оставалось гадать, насколько это осуществимо. Юрий Алексеевич, уверенный в результате, как и подобает настоящему режиссеру-постановщику, многое доводил до нас в уведомительной форме. Но то, что он придумывал, не могло не нравиться.

- Костюмы на шоу были великолепные. Специально под вас шили?

- Это отдельная история, доселе неизвестная мне настолько глубоко. Мы с костюмером ездили на студию «Мосфильм». На самом деле просто оказаться там было очень интересно. Это огромный павильон, в котором тематически разложены костюмы разных эпох, от самых древних до современных, можно сказать, огромная библиотека костюмов. Мы уже знали, за чем едем - нужен был пиратский сюртук, бушлат для исполнения песни «Варяг», костюм для Чингисхана, сменные рубашки, чтобы из песни в песню переодеваться и менять образ. В итоге подобрали, что-то пришлось немного подгонять под меня. Какие-то элементы костюмов специально изготовили. Приходилось несколько раз ездить на примерку.

Михаил Житняков: «Самое сильное впечатление на меня произвело когда-то посещение первых профессиональных рок-концертов, когда я слышал, насколько качественно работают люди».

Михаил Житняков: «Самое сильное впечатление на меня произвело когда-то посещение первых профессиональных рок-концертов, когда я слышал, насколько качественно работают люди».

Фото: Виктор ГРАКОВ

«НА ПРОГОН ДВОЙНОГО САЛЬТО У МЕНЯ БЫЛА ОДНА ПОПЫТКА - В ДЕНЬ КОНЦЕРТА»

- А как вас уговорили летать и кувыркаться в воздухе?

- Когда директор группы Юлия Беликова сказала мне: «Миш, ты у нас летать будешь над залом», я отнесся к этому как к шутке. Соколов фонтанирует идеями и часто меняет концепцию чуть ли не в самый последний момент. Но в случае со мной он ничего переигрывать не стал. Я человек компромиссный и, когда мне что-то предлагают, не отказываюсь сразу. Говорю: «Хорошо, давайте попробуем». Думаю, попробую, они увидят, что у меня не получается, и сами от этой идеи откажутся. Приезжаю, а мне говорят, что все-таки надо будет полетать. Каскадеры показали, как будет все происходить и что это абсолютно безопасно. Ребята по комплекции не меньше моего и при этом достаточно уверенно перемещались на приличной высоте. И я согласился попробовать.

На меня поверх концертных штанов надели так называемые трусы - такой пояс из ремней с карабинами - и подвесили сначала на небольшой высоте, чтобы понять, насколько все удобно на мне сидит. Во время первой репетиции я много ходил по сцене в них, меня поднимали-опускали, а потом предложили покрутить сальто на небольшой высоте. Я попробовал, в первый раз почувствовал себя неуютно, потом еще несколько раз сделал и поймал себя на мысли, что карабины впиваются в тело в районе бедер. В общем, приехал я вечером домой и в душе обнаружил, что у меня на бедрах достаточно серьезные синяки. А репетиции у нас были чуть ли не каждый день - нужно было торопиться к мартовскому концерту, и мне предстояло три репетиции провести без группы. Приехал на второй день, снова нацепил этот пояс, но уже более удобно, и понял, что синяки появились просто от того, что я неправильно отрегулировал ремни. В итоге на второй день крутился уже как надо, даже пытался подниматься на высоту и делать это все наверху. Перед концертом у меня - я тут абсолютно не лукавлю - не было какой-то боязни по поводу того, что нужно прокрутиться и пролететь по залу. К этому моменту я уже налетал довольно много времени и был абсолютно уверен в безопасности.

Более того, в день концерта, когда мы приехали на площадку в 12 часов дня, Юрий Алексеевич предложил мне усложнить трюк и сделать два сальто в воздухе. На прогон этого двойного сальто у меня была одна попытка. Все получилось, и мы решили делать два раза.

- То есть страх ушел достаточно быстро?

- Это такой элемент, от которого я уже получал удовольствие. Людей на репетиции с каждым разом все прибавлялось. Сначала к нам приехал дополнительный технический персонал, в какой-то момент начали появляться звукорежиссеры, потом еще кто-то подъехал. Так получилось, что до приезда группы я уже крутился наверху, как настоящий акробат. И каждый вновь приходящий смотрел на это такими изумленными глазами. А учитывая, что в большинстве это были знакомые мне люди, я уже ждал этой реакции. Сделаю сальто и смотрю на них (улыбается). Подходили потом, руку жали или палец вверх показывали, мол, здорово, как ты на это решился. Подобные амбициозные проекты и не до такого довести могут.

- Коллеги не подшучивали над вами в связи с полетами во сне и наяву?

- Особо нет. Даже, думаю, что они меня в какой-то мере еще больше зауважали. У нас в принципе и так не самые плохие отношения в группе (смеется), достаточно дружеские. А тут я еще их своей решительностью дополнительно покорил.

«В ПЕРЕХОДЕ МЕЖДУ ПЕСНЯМИ «ПАЛАЧ» И «АНТИХРИСТ» Я ДОЛЖЕН БЫЛ ОТСТЕГНУТЬСЯ ПРЯМО НА ВЫСОТЕ»

- Летать, бегать, менять костюмы и при этом петь вживую, красиво, высоко и попадая в ноты - как вы умудрились?

- Петь и летать - это было отдельной историей. Дело в том, что все репетиции, кроме самых последних, были под фонограмму. Просто включали мое исполнение с диска, а я должен был под нее успевать выполнить необходимые элементы. Так мы проходили мизансцены в песнях, где больше всего пришлось работать со снаряжением, реквизитом и костюмами и попробовать спеть вживую не представлялось возможности очень долгое время. Меня очень беспокоило, как же я буду петь, если тут мне надо пробежаться и может появиться одышка, там я в подвешенном состоянии и нет опоры под ногами. Насколько сложно физиологически - брать высокие ноты, давать какую-то драматургию и при этом петь в ноты, ритмично. Это все-таки рок-концерт, и пение никто не отменял. Но в этом смысле, по-моему, все обошлось, и переживать пришлось уже за другое. Репетиции в костюмах начались в последний день (они окончательно были готовы непосредственно перед шоу). Мы с девчонками-костюмершами устраивали тренировку по таймеру, это было моей личной инициативой. Так стало понятно, что в промежутках между песнями чисто физически нереально скинуть с себя одно и облачиться в другое. И тогда Юрий Соколов пошел на театральную хитрость - решил вставить между песнями всевозможные звуковые переходы. Так у нас в кратчайшие сроки появились незапланированные интродукции и звуковые эффекты. Для людей, которые находились в зале, эти паузы проходили органично. Но, тем не менее, я все равно не расслаблялся, ведь нужно не просто быстро переодеться, но еще и в кадре выглядеть достаточно хорошо, потому что велась видеосъемка концерта. Держать в голове приходилось одновременно несколько задач: не забыть все сценические движения, успеть переодеться, выполнить в нужный момент технические элементы, которые представляют собой определенную цепочку действий.

- Насколько я знаю, у вас было сложное крепление во время полета на мече? Пристегиваться и отстегиваться вам тоже помогали?

- Во время проигрыша песни «Палач» все было четко рассчитано. Человек, который управлял этим мечом, находился в другом конце зала. Меня не подсвечивали, чтобы заранее не «продать» публике, что я оказался на этой конструкции. Для всех это должно было стать неожиданностью. Мы все просчитали по музыкальным фразам, когда я должен оказаться на этом мече и успеть себя зафиксировать ремнем безопасности. Мы придумали специальную петлю, чтобы, если микрофон выскользнет у меня из руки, он не упал вниз на людей, а повис у меня на руке. В конце «Палача», обыгрывая фразу: «И на век уйду в ледяную тьму», я, зафиксированный на конструкции меча, скрылся в темноте под сводами дворца спорта и мы плавно перешли в песню «Антихрист». И во время этого перехода в какой-то момент я должен был отстегнуться прямо на высоте. Мне приходилось удерживать себя усилием рук, чтобы раньше времени не отделиться от конструкции меча, так как тросы меча и тросы, подцепленные к моему поясу, управлялись разными лебедками. И при любой попытке двигаться происходило самопроизвольное раскачивание, и пришлось постараться, чтобы отделение от меча произошло в нужную секунду. Тут еще отдельное спасибо человеку, который не просто филигранно управлял этими лебедками, но и полностью погрузился в музыкальный материал, зная что, куда и в какой момент песни должно подняться, опуститься, отделиться, полететь и т.д. Это, конечно, высший пилотаж!

- Признавайтесь, на сколько килограммов похудели после этой презентации?

- Как-то во время репетиции в павильоне «Главкино» Юрий Алексеевич говорит: «Музыканты могут быть свободны, а с Мишей полетаем еще после перерыва». И предложил пока сходить пообедать. Ну, ребята и начали надо мной подшучивать: «Может, не стоит есть, чтобы лебедки не перегружать?» (смеется). Я в те дни еще как-то осторожно шутил на эту тему. Да и в эти дни, если честно, особенно когда мы готовились к мартовскому концерту, и поесть толком не успевал. Набирать точно не из чего было, но что-то определенно скинул.

- А вообще раньше доводилось, так сказать, парить в воздухе? Может, с парашютом прыгали или на параплане летали?

- Нет, ничего похожего в моей жизни не происходило. Можно сказать, что это был дебют. И заканчивая тему московской презентации, которая в видеоверсии получила название «Гость из Царства теней», можно с уверенностью сказать, что это шоу на сегодняшний день является одной из самых ярких страниц не только в моем творчестве, но и в целом в моей жизни.

За время работы в группе Михаил Житняков стал автором уже двух баллад.

За время работы в группе Михаил Житняков стал автором уже двух баллад.

Фото: Виктор ГРАКОВ

«У МЕНЯ НАКОПИЛИСЬ МУЗЫКАЛЬНЫЕ РАЗРАБОТКИ, КОТОРЫЕ МОЖНО ПРЕДЛОЖИТЬ ГРУППЕ»

- Вы стали автором уже второй «арийской» песни. «Пусть будет так» создавалась, как я понимаю, так же, при участии Виталия Дубинина? Какой был между ними временной промежуток?

- Все правильно: мелодия рождалась по похожей схеме. Я что-то наигрывал на клавишах, пока не сложилась мелодия. И эту мелодию записал на диктофон. То зерно, которое в ней содержится, родилось почти сразу же после мелодии, ставшей впоследствии песней «Точка невозврата». В какой-то момент я почувствовал такой интерес к этому делу, что начал музыкальные разработки для себя записывать. Они были в сыром виде, фрагментарные. Здесь кусочек возможного припева, здесь кусочек возможного бриджа. А когда дело дошло до 13-го альбома и мы начали собирать музыкальный материал, я понял, что у меня будет больше шансов представить песню, если я продвинусь в вопросах аранжировки. Я обратился к друзьям, которые владеют этим инструментарием - честно скажу, сам не очень хорошо владею всеми этими компьютерными программами и музыкальными редакторами, которые позволяют дома записать песню «под ключ». С помощью друзей сделал примерную аранжировку и отдал Виталию Дубинину. А через некоторое время он приносит готовый результат, причем сам уже что-то переписал, сделал аранжировку, спел туда англоязычную «рыбу» (набор слов, который поется на готовую мелодию, чтобы сориентировать автора текста - Ред.). И это уже была готовая музыкальная форма, к которой просто необходимо был придумать текст. Дали всем послушать, народ утвердил, и стали работать непосредственно над текстом.

- А почему клавиши, а не гитара?

- На клавишах получается гораздо быстрее. Я даже не знаю почему. На самом деле я и гитарой, и клавишами одинаково не сильно владею, но на них мне проще сочинять мелодию. Вообще на тот момент у меня дома своих клавиш не было, как и сейчас нет. Я одолжил их на репетиционной базе, которая находилась недалеко от моего дома, и стал этими клавишами играться в любое свободное время. Вот на них было придумано теперь уже две песни. У меня с тех пор, когда еще не был записан альбом «Через все времена», появилась какая-то определенная порция музыкальных разработок. И сейчас их по идее можно продолжать реализовывать, предложить группе на будущее. Но есть четкое понимание, что не каждая мелодия может стать готовой песней.

- Может, пора уже свои клавиши завести?

- Да, надо решать вопрос, действительно обзаводиться музыкальным инструментом дома. Хотя гитара дома есть. Правда, свободного времени сейчас, к сожалению, стало намного меньше.

- А вы какие «арийские» песни можете сыграть?

- Наверное, это больше относится к балладам. А потом опять же как сыграть? Можно сыграть до определенной узнаваемости, а можно, как играют музыканты группы «Ария». И это будет, как говорят в Одессе, «две большие разницы». Я всегда очень трезво отношусь к своим возможностям. Чьи-чьи песни, но «арийские» под гитару сам себе стараюсь не аккомпанировать, потому что понимаю, что могут быть серьезные расхождения с оригиналом (смеется).

Михаил Житняков: «Когда мы составляли топ-лист, у нас получилось порядка 35 песен, по нашему коллективному мнению, заслуживающих быть исполненными на юбилейном концерте».

Михаил Житняков: «Когда мы составляли топ-лист, у нас получилось порядка 35 песен, по нашему коллективному мнению, заслуживающих быть исполненными на юбилейном концерте».

Фото: Виктор ГРАКОВ

«ЗА УСЛОВНЫЕ «ДВАДЦАТЬ МИНУТ» МЫ ОХВАТИЛИ ЗНАЧИТЕЛЬНУЮ ЧАСТЬ ДИСКОГРАФИИ ГРУППЫ»

- Сет-лист нового тура «Замкнутый круг» очень порадовал ваших поклонников, хотя песни из нового альбома в него не попали. Вы как-то принимали во внимание пожелания публики, итоги голосования в соцсетях?

- Что касается голосования, то запустить его была исключительно инициатива админов нашей группы в соцсетях. Они воспользовались паузой в январе, когда мы все были в отпуске, и решили таким образом поддержать интерес к паблику, заполнили новостной вакуум. Для юбилейного тура мы хотели сделать такую подборку песен, которая максимально охватывает творчество группы, потому что любой юбилей - это некое подведение итогов. Но опять же вы правильно отметили, что песни из последнего альбома не попали. Когда мы составляли топ-лист, у нас получилось порядка 35 песен, по нашему коллективному мнению, заслуживающих быть исполненными на юбилейном концерте. С другой стороны мы понимали, что «Ария» обладает большим количеством эпиков, которые являются чуть ли не визитными карточками группы. Сыграть их все будет неправильно с точки зрения энергетики концерта, темпоритма, народ на концерте должен не только слушать музыку, но и рубиться под боевички с более простой музыкальной формой. Это одна из проблем.

Споры при выборе были самые ожесточенные. Мы постарались вернуть в сет-лист песни, которые много лет не звучали. А часть песен, которые часто играли на наших концертах, отправили в попурри. Таким образом, дали понять людям, что не забыли про эти песни и так же хотим их играть, как раньше, но время концерта ограничено. Благодаря попурри высвободилось время для тех вещей, которые какое-то время лежали на полочке. Например, песню «Дух войны», которая была исполнена на этом концерте, я не пел ни разу. А песню «Позади Америка» мы отыграли на наших новогодних концертах, посмотрели, как народ реагировал, и тоже отправили в попурри, отдав тем самым дань первым альбомам. И в том числе лично я увидел в этом некий символизм. В тексте песни есть такая фраза: «Объехал весь мир за двадцать минут». Это такая игра слов, потому что за условные «двадцать минут» мы охватили значительную часть дискографии группы. Мне кажется, в том, что мы заканчиваем попурри именно этой песней, есть некая фишка.

- Вокалисту сложно петь попурри? Ведь у каждого музыкального отрывка в нем свой ритм и тональность.

- Не сложнее, чем обычные песни. Здесь еще надо отдать должное тому, как было построено попурри: каждая новая песня начиналась с инструментальной части, то есть сначала идет кусок проигрыша из новой песни, а только потом нужно петь слова. Если бы сразу после последнего аккорда одной песни, мне пришлось уже в следующем такте выдавать первую строчку другой песни, наверное, было бы сложнее. Так что все нормально.

- По чьей инициативе в концерте появился акустический блок?

- Это было коллективное решение. Часто такие вопросы мы обсуждаем в режиме переписки, создавая определенную тему в почте, и хотя, запуская очередное обсуждение, я первым предложил формат акустического блока, судя по реакции остальных, не мне одному мысль об акустике могла прийти в голову.

- Какую-то пластинку по итогам тура не планируете выпустить?

- Об этом разговор в принципе не шел. Это не первый юбилейный тур, и насколько я помню, предыдущие могли заканчиваться, скорее, видеорелизами. Мы делали какой-то отчетный концерт в Москве, и он мог попасть на DVD. Но чтобы отдельно записывать аудиорелиз, пока таких предложений не озвучивалось.

«У МЕНЯ ЕСТЬ СОЛНЦЕ, У МЕНЯ ЕСТЬ МЕСЯЦ И У МЕНЯ ЕСТЬ «АРИЯ»

- Статус рок-звезды так или иначе влияет на человека, изменяет его отношение к миру, происходит некая деформация. Вы ее уже ощутили?

- Я думаю, что есть нечто, что присуще определенному занятию в жизни. Например, люди с творческим началом имеют свои деформации, технари отличаются в чем-то своем. Музыканты работают с публикой, с общественным мнением, и этим людям не чуждо такое понятие, как тщеславие. Оно является в своем роде неким моторчиком. Говорят, лень - двигатель прогресса. Это можно также интерпретировать в отношении тщеславия для артиста. Пропорции тщеславия могут быть абсолютно разные. Некоторые относятся к этому, как к отрицательному качеству, а я считаю, что в здоровых пропорциях тщеславие присуще любому человеку творческой профессии, который показывает результат своей деятельности людям. И оно помогает не останавливаться и все время идти вперед.

- Несколько лет назад вы закрыли возможность общения с посторонними людьми в соцсетях. Как сегодня происходит взаимодействие с вашими поклонниками? Куда они вам пишут, как проявляют внимание?

- Несмотря на то, что в соцсетях нет возможности мне написать, обратная связь так или иначе есть. Во-первых, это концерты. Во-вторых, периодически у нас проходят автограф-сессии, где у фанатов есть возможность не просто сфотографироваться, взять автограф, но и пообщаться, задать вопросы и получить на них персональный ответ. Я считаю, что это и есть здоровый формат общения с поклонниками. В какой-то момент я для себя осознал, что некая граница все равно должна присутствовать. Мне бы не хотелось доходить с поклонниками до панибратства. Если я с человеком не настолько близко знаком, а он ведет себя как мой старый друг, похлопывая меня по плечу, то мне это будет просто неприятно. Но не все люди это понимают. И приходится этот барьер искусственным образом выстраивать. Вот то положение вещей, которое есть на сегодняшний день, по-моему, работает на сто процентов.

- Как вы относитесь к неадекватному проявлению внимания со стороны своих поклонников?

- Я не ханжа, и нормально отношусь к тому, что люди на наших концертах не просто слушают музыку и аплодируют, но и самозабвенно «рубятся и отрываются». Вопрос в том, насколько это мешает группе и остальным поклонникам. Например, если фанат в порыве эмоций прорывается на сцену, где куча проводов и оборудования, и этот поступок нечаянно может привести к остановке концерта по техническим причинам.

Еще одной проблемой может стать непреодолимое желание отдельных поклонников окружить своим «вниманием» настолько сильно и навязчиво, что это становится откровенно неприятно, раздражает и толкает на радикальные меры вплоть до ограничения возможности посещать концерты. Активность этих отдельных персонажей не заканчивается после отъезда группы, они настойчиво ломятся даже через закрытые страницы в соцсетях, изливая свои эмоции - от душевных откровений до агрессивных нападок. И тут всему виной зачастую богатая фантазия, когда человек даже при отсутствии знаков внимания со стороны музыканта умудряется напридумывать в своей голове столько всего. Слава богу, таких людей совсем мало, а подавляющее большинство поклонников «Арии» - это адекватные люди.

- Кит Ричардз из Rolling Stones говорил так: «У вас есть солнце, у вас есть месяц и у вас есть «Роллинг Стоунз». Что еще вам нужно для счастья?» А какой у вас набор для ощущения счастья?

- В моем случае можно заменить «Роллинг Стоунз» на «Арию», и все будет хорошо (улыбается). На самом деле я действительно ценю то обстоятельство, что я являюсь частью этой группы. Не устану повторять, что считаю это исполнением самой несбыточной мечты. Однако мои приоритеты, конечно, не ограничиваются любимой группой, любимым делом. С определенного возраста в необходимый набор для счастья входит, конечно же, и семья. Теперь у меня уже две дочки. И мне кажется, некое смещение моих приоритетов в последнее время стало очевидным для близких людей. Искренне надеюсь, что не в ущерб всему остальному, но я много времени стал отводить тому, чтобы обеспечить благополучие и достаток своей семьи, дать им то, чего я не имел в свое время. И, конечно, мне в этом очень помогает любимое дело.

«КОГДА РОДИЛАСЬ ДОЧЬ, Я ПОНЯЛ, ЧТО МОЖНО ИДТИ ЗНАКОМОЙ ДОРОГОЙ»

- Прошлым летом в вашей семье появилась вторая дочка. А кого хотели - мальчика или девочку? Честно!

- Честно? (смеется). Хотел мальчика, но когда родилась девочка, испытал некий вздох облегчения. Ведь с появлением первой дочери я вступал в неизведанную часть своей семейной жизни. Отцовство - такая вещь, которую, пока не попробуешь, не поймешь. И так как отцом дочки я уже был, когда родилась вторая, внутри - опять же абсолютно не лукавлю - будто что-то отпустило: у меня дочь, я все знаю, я все умею. Можно идти знакомой дорогой.

- Слышала недавно одну фразу: когда у мужчины появляется сын, он становится отцом, а когда дочь - папулей. Как вас старшая дочка называет?

- «Папочка», «папулечка» - это самое распространенное обращение (улыбается). У нас со старшей дочерью какая-то кармическая, ментальная связь. Мало того, что она очень сильно на меня похожа, мне кажется, она в принципе такая папина дочка получилась. И не в обиду супруге будет сказано, так как мы со старшей дочкой можем нежиться и проводить время, у них с мамой не получается.

- Ой, и косички ведь, наверное, заплетаете.

- Недавно, кстати, да, было. Мама была занята младшей дочерью, старшая подошла ко мне со словами: «Пап, заплети мне косичку, пока мама занята». Говорю: «Я вроде как не умею», а она: «Ну попробуй, чего там уметь?» Заплел (улыбается).

- Я вот прямо чувствую, что дочка может все что угодно от папы получить.

- Да, она успешный манипулятор. Мне всегда казалось, что я буду требовательным строгим отцом, но это, наверное, потому что предполагал рождение сына и даже в подсознании прорисовывал, как буду его воспитывать. Но тут появилась дочь, и все планы пошли к черту (смеется). Пока у нее получается манипулировать мною, но мы ищем ключики, как сделать, чтобы эта манипуляция не довела до каких-то отрицательных последствий. Хочется, чтобы ребенок вырос правильно воспитанным.

- Музыкальные гены в ребенке пока не проявились?

- Мы стараемся ее развивать в разных направлениях. Она ходит на несколько творческих кружков, но пока самый большой интерес проявляет к танцам. А недавно я услышал, что она напевает мелодию, просматривая свой любимый мультик. И мне показалось, что для ребенка своего возраста она неплохо интонирует и пытается выводить мелодию. И я не удивлюсь, если через какое-то время она мне скажет: «Пап, я хочу заниматься вокалом». Я готов на уровне хобби способствовать раскрытию ее творческих сторон. Но в то же время хочется, чтобы человек получил нормальное образование, гражданскую профессию, что, конечно, не отменяет занятие творчеством.

Михаил Житняков: «Идет девятый год, как мы исполняем одну и ту же песню на всех наших концертах, но, с другой стороны, есть понимание, что многие люди, наши поклонники, не представляют себе выступление «Арии» без этой песни».

Михаил Житняков: «Идет девятый год, как мы исполняем одну и ту же песню на всех наших концертах, но, с другой стороны, есть понимание, что многие люди, наши поклонники, не представляют себе выступление «Арии» без этой песни».

Фото: Виктор ГРАКОВ

«МЫ БРОСАЕМ ВСЁ К НОГАМ СВОИХ ДЕТЕЙ И ДОМАШНИХ ЖИВОТНЫХ ПИТОМЦЕВ»

- В интервью мне режиссер мультипликационного кино, автор «Ежика в тумане» Юрий Норштейн сказал, что в современной мультипликации победили деньги, и сейчас главный человек в этом процессе - это менеджер, продюсер. Мультики все чаще учат детей не добру, а воспитывают потребителя. А вы с супругой как-то контролируете, что смотрит дочка? Есть в этом плане генеральная концепция?

- В силу того, что в руки ребенка периодически попадает планшет, перелистывая страницы легким движением руки, она может слишком далеко зайти. Часто ловили ребенка на том, что она начинает с пристрастием смотреть какие-то блогерские выпуски на детском ютубе. Понятно, что там все рассчитано на детей и ничего запрещенного там нет, но есть блогерский контент, который, честно говоря, у нас с супругой вызывает антагонизм. Там через все темы настолько ярко проходит реклама детских товаров, что впоследствии ребенок не может пройти мимо витрины, чтобы не попросить игрушку. Нам совершенно не хочется вырастить из ребенка потребителя. Мультики, анимация, детские программы должны учить добру, состраданию, взаимопомощи, созиданию. А вот этой потребительской истории дети и так начерпаются из жизни. Достаточно выйти на улицу и сосредоточиться на картинке и звуках - и все. Понятно, что, пока она маленькая, тяжело перестроить ее психологию с потребительской на гуманистическую, но все в наших руках. Мне нравится выражение: «Запомните, наши дети нас не слушают, наши дети на нас смотрят». То есть заставить ребенка принимать правильные решения можно только собственным примером, своим поведением. А если грозить ребенку пальчиком, что курить вредно, и тут же стоять за углом с сигаретой - это не сработает.

- Представляю, сколько игрушек папа привозит дочке с гастролей...

- В последнее время мне дарят много детских подарков. И старшая дочь, естественно, понимая, что папа вернулся с долгих гастролей, уже спрашивает: «Что ты привез на этот раз?» С одной стороны, это подарки поклонников, преподнесенные от чистого сердца, и было бы неправильно от них отказываться. С другой стороны, есть четкое понимание, что игрушек у ребенка уже такое количество... Есть те, которые она даже в руки не берет, потому что до них не доходит очередь. И потом нивелируется ценность каждой игрушки. Я вспоминаю свое детство: мои родители имели скромный достаток, я был младшим братом в семье. И я могу сказать, что ценность каждой игрушки для меня была гораздо выше, чем сейчас для нее. Мы, конечно, жили в другие времена. А сейчас маркетинг построен таким образом, что мы все бросаем к ногам своих детей и домашних питомцев. Зачастую вещи с самой накрученной ценой - это именно товары для детей и животных. Есть четкое понимание этого и желание взять себя в руки, потому что в какой-то момент понимаешь, что в долгосрочной перспективе можно навредить своему ребенку.

- В нашем первом интервью вы мне рассказывали, что обожали в детстве играть в солдатиков.

- Да, у меня был набор оловянных солдатиков. Как и многим мальчишкам моего поколения, мне нравилось играть в войнушку. Помню, как-то один потерялся, и мне реально его так не хватало. Я понимал, что у меня должен быть целый взвод, а вот нет одного человека, и вся концепция, вся моя военная тактика рушится. Не было тогда никаких роботов, никаких трансформеров. А эти солдатики были моим любимым увлечением.

- В какую войну играли?

- Ну, естественно, наши против немцев.

«НА РОК-КОНЦЕРТЕ ТЕЛО НАЧИНАЕТ ВИБРИРОВАТЬ ПО-ОСОБОМУ»

- Оказавшись на гастролях в другом городе, ходите на концерты к своим коллегам по сцене?

- Бывает, правда, все чаще это становится исключением, потому что ритм гастролей четко делит время на отдых и работу. А сам концерт лично у меня ассоциируется с работой, на которую нужно идти подготовленным и, желательно, отдохнувшим. Помню, мы как-то приехали в Питер накануне нашего новогоднего концерта и получили приглашение от группы «Пикник». И хоть в неполном составе, но наша делегация на этом концерте присутствовала.

- То, что поклонники любят больше всего, сами музыканты обычно со временем начинают уже ненавидеть...

- Идет девятый год, как мы исполняем одну и ту же песню на всех наших концертах, но, с другой стороны, есть понимание, что многие люди, наши поклонники, не представляют себе выступление «Арии» без этой песни. Реакция на эти безоговорочные хиты говорит сама за себя. Можно, конечно, обмануть всех и не сыграть ее, но в какой-то момент поймешь, что нарушена гармония концерта, что-то пошло не так.

- А вы когда-нибудь испытывали сильные эмоции во время посещения концерта? До потрясения, до дрожи.

- Эйфорию от услышанного-увиденного - конечно. Раньше, правда, на меня было проще произвести впечатление. Сейчас я считаю себя более искушенным человеком в этом вопросе. Самое сильное впечатление на меня произвело когда-то посещение первых профессиональных рок-концертов, когда я слышал, насколько качественно работают люди. Если бы перед тобой лежал диск, ты бы и слушать, может, не стал, но живой звук провоцирует, задействует такие рецепторы организма, которые при прослушивании на домашней стереосистеме задеть не получается. Здесь само тело начинает по-особому вибрировать. Со мной на рок-концерте было именно так. Для меня ошеломляющим был момент, когда я впервые услышал хорошо подзвученные барабаны и группа играла бодрую песенку с дисторшн-гитарой. В этот момент сказал себе: «Это красиво!»

Михаил Житняков: «Музыканты работают с публикой, с общественным мнением, и этим людям не чуждо такое понятие, как тщеславие».

Михаил Житняков: «Музыканты работают с публикой, с общественным мнением, и этим людям не чуждо такое понятие, как тщеславие».

Фото: Виктор ГРАКОВ

ВМЕСТО ПОСЛЕСЛОВИЯ

Когда в первый раз за время беседы я взглянула на часы, оказалось, что мы с Михаилом общаемся уже полтора часа. И в принципе вопросов в моем блокноте было достаточно, чтобы интервью продолжалось еще столько же. Но чудеса надо расходовать экономно. Поэтому я решила приберечь их до следующей встречи. А пока пожелаем Михаилу и всем участникам коллектива отличного тура в честь 35-летия группы «Ария»!